CCA Tashkent: как создавали первый Центр современного искусства в Узбекистане

«Когда мы только начинали работать над этим проектом, мы столкнулись с огромным количеством вопросов: нужен ли нам центр современного искусства — и зачем? Почему он должен находиться в этом здании? Почему именно эти архитекторы? — говорит Гаянэ Умерова, председатель Фонда развития культуры и искусства Узбекистана. — Препятствий было немало. Но мы всегда проявляли настойчивость и отвечали, что создадим культурное предложение — а дальше посмотрим, что из этого получится. Если здесь есть наша аудитория, она нас найдет».

Все получилось. Посетители, заполнившие в сентябрьские дни открытия залы новой институции, — не менее важная часть Центра современного искусства в Ташкенте (CCA Tashkent), чем художники, которых он представляет. Центр окружен несколькими университетами, рядом — Академия художеств и Государственный музей искусств Узбекистана. «Исторически это городская точка притяжения, место встречи, и для нас было ключевым условием оставаться в этом районе», — объясняет Гаянэ. Студенты, учителя, семьи с детьми, представители местного коммьюнити: эти категории посетителей учитывались при разработке концепции с самого начала, и именно для них с первого дня работы в Центре проходят образовательные программы.

Задачу переосмыслить для CCA Tashkent здание с исторической ценностью — трамвайное депо и дизельную электростанцию 1912 года постройки — доверили французским архитекторам Оливье Марти и Карлу Фурнье, сооснователям бюро Studio KO. «Мы считаем, что между историей и современностью граница проходит совсем не там, где ее привыкли проводить; все гораздо более подвижно, — считает Оливье. — Я помню, как в этом прекрасном здании раньше заметно пахло топливом, здесь когда-то были дизельные резервуары. Оно было все черное, стены покрыты маслом, находиться тут было почти опасно. И все же в этом месте было что-то очень мощное: оно было похоже на базилику, на храм. Первое наше решение заключалось в том, чтобы ни в коем случае здание не повредить. И чем больше мы его реставрировали, тем больше новых идей появлялось в процессе».

Самым простым подходом, по словам архитектора, было бы пристроить к историческому объекту новое сооружение — используя, например, стекло и сталь. Но никому в команде не хотелось нарушать существующую архитектурную логику постройки. «При этом нам нужно было связать между собой все функции проекта. Само здание будто подсказывало нам, как должна выглядеть обновленная планировка», — вспоминает Оливье.

Центральное выставочное пространство разместилось в главном корпусе электростанции, почти нетронутом при реновации. Значительные изменения коснулись бывшего административного корпуса: в нем появились библиотека, лекционный зал, книжный магазин и офисы. Важно было встроить эти новые функции и современные инженерные решения, сохранив внешние стены здания.

Про стены стоит рассказать отдельно: оригинальный дореволюционный кирпич бережно отреставрировали, где-то кладку заменили на новую — но это тоже были кирпичи, обожженные вручную на местном производстве. «Узбекистан — это страна кирпичей, — замечает Оливье. — А у Studio KO замечательная экспертиза в этом материале (один из флагманских проектов студии, Музей Ива Сен-Лорана в Марракеше, возведен из терракотового кирпича. — Прим. WoL). В CCA Tashkent при помощи специалистов нам пришлось восстанавливать и заново осваивать подход к работе с кирпичом николаевских времен: какие использовать швы, какие методы обработки. Подобное не практиковалось десятилетиями».

Как и традиционные строительные техники, ремесленные практики стали неотъемлемой частью реновации. Так в здании появился огромный ковер и керамическая стена в ресторане, созданная при участии мастеров ташкентской Студии керамики Рахимовых.

По словам команды, CCA Tashkent задуман как открытое и гибкое пространство без заданного маршрута: начинать знакомство с ним можно из любой точки. Одной из самых созерцательных и спокойных локаций стал внутренний двор, который наполняет внутренние помещения светом и воздухом. При необходимости он может становиться площадкой для выставок, мастер-классов, кинопоказов на открытом воздухе и инсталляций с использованием проекций.

До конца января 2027 года в Центре открыта выставка Hikmah («мудрость» — пер. с арабского), объединившая сайт-специфичные работы локальных и зарубежных художников. Среди участников — узбекский керамист в седьмом поколении Шохрух Рахимов, тунисская художница Надия Кааби-Линке с узнаваемыми «Летающими коврами» из коллекции Музея Гуггенхайма и саудовский автор Муханнад Шоно, чья скульптура стала результатом работы в арт-резиденции Центра современного искусства в Ташкенте.

«Мы здесь для того, чтобы обсуждать искусство, размышлять об искусстве, смотреть на искусство. Hikmah создавалась в то же самое время, когда велись работы в здании. Поэтому выставка должна была отвечать не только архитектурному брифу, но и той интеллектуальной задаче, которую передо мной поставила Гаянэ, — говорит доктор Сара Раза, главный куратор CCA Tashkent. — Центр задуман как место для обмена мнениями и дискуссии, и многое здесь возникает в процессе взаимодействия с публикой. Посещение выставки — это диалог с произведениями и пространством. Это не пассивный опыт». Работа, иллюстрирующая этот подход, — инсталляция корейской художницы Кимсуджа «Архив разума», которая меняется с каждым новым шариком из глины, который добавляют к ней посетители.

Программа мероприятий Центра, от книжных клубов и кинопоказов до лекций и детских мастер-классов, обновляется каждую неделю. Долгосрочный план институции включает в себя расширение возможностей арт-резиденции до Самарканда и других городов Узбекистана и работу над новыми экспозициями. Так, весной здесь откроется персональная выставка Ильи и Эмилии Кабаковых, где приглашенным куратором выступит искусствовед Зельфира Трегулова.

«Мы не коллекционируем произведения искусства. Наша задача — сохранять и накапливать идеи, инвестировать в художественные практики и образование. Вопрос создания коллекции относится к будущему музею современного искусства, который может появиться в Ташкенте», — отмечает Сара.