Тишина в центре Москвы: квартира на Остоженке с эстетикой ваби-саби
Интерьер этой квартиры на Остоженке дизайнеры Евгения Евинзон и Надежда Каракаш построили вокруг идеи тишины и естественной красоты. Во многом этому помог вид из окон — на тихий центр Москвы, исторические здания и меняющие оттенки деревья. Именно он постепенно привел проект от современной классики к тонким японским мотивам и эстетике ваби-саби.
Одна из особенностей ваби-саби — умение во всем видеть красоту. И здесь, в проекте Евгении Евинзон и Надежды Каракаш, это делать проще простого. Даже когда в квартире еще не было скругленных стен в отделке из шпона и зеркала в технике эгломизе, из окон открывался вид на тихий центр Москвы — с историческими зданиями и вечно меняющими окрас деревьями.
Гостиная. Диванная группа, журнальный стол — все изготовлено на заказ по авторским чертежам. Ковры, M Carpet atelier. Скульптура Cylinder Through. Fear Ивана Беляева.
Пространство гостиной и кухни-столовой объединено и составляет почти 140 квадратных метров.
Бар в зоне кухни изготовлен на заказ по авторским чертежам.
Диванная группа, журнальный стол — все изготовлено на заказ по авторским чертежам. Ковры, M Carpet atelier. Скульптура Cylinder Through. Fear Ивана Беляева.
«Квартира площадью 250 квадратных метров находится на Остоженке, — рассказывает Евгения. — Заказчик нечасто бывает в Москве, в основном он живет за границей, поэтому и пространство хотел создать с европейской атмосферой, сохранив при этом масштаб и подчеркнув объемы. Для него было принципиально сохранить ощущение простора — чтобы воздух и масштаб чувствовались в каждом помещении. Этот запрос стал одним из ключевых ориентиров в работе над интерьером».
Вид на зону кухни. Стол, Alekshome; стулья, FBC London.
Барные стулья, FBC London. Бар изготовлен на заказ по авторским чертежам.
Каминная зона в гостиной. Торшер — винтаж из Италии.
Разворот в сторону Азии случился чуть позже, когда дизайнеры увидели с улицы графичные ветви деревьев: «Изначально мы планировали создать интерьер в духе современной легкой классики, — вспоминает Евгения. — С заказчиком мы уже работали, поэтому я примерно понимала, что он хочет. Однако в процессе работы само пространство — панорамные окна и вид за ними — подсказало природную, спокойную гамму».
Кухню дизайнеры разрабатывали особенно тщательно, экспериментируя с разными породами дерева, и в итоге остановились на массиве пихты — он дал глубокую, живую текстуру фасадов. Люстра и бра, Entrelacs.
Люстра, Arredoluce. На высоком пьедестале — скульптура Льва Ефимова.
В холле столярные изделия выполнены на заказ по авторским чертежам. Скульптура Льва Ефимова. Люстра изготовлена на заказ по авторским чертежам.
Подбирая материалы и продолжая созерцать вид из окон, Евгения заметила, что японские мотивы сами собой стали приходить на ум. В результате в интерьер органично вплелись минималистичные восточные акценты — в деталях, текстурах и цветовой палитре. Так, присматривая камень для кухни, дизайнеры нашли очень красивый экземпляр — монохромный мрамор. «Если к нему присмотреться и поиграть в ассоциации, рисунок напоминает горный пейзаж с японской гравюры, — делится Евгения. — Он-то и помог нам развить эту тематику дальше: в линиях, в колонне, в барном шкафу».
Люстра в холле изготовлена на заказ по авторским чертежам.
Фрагмент спальни. Торшер — итальянский винтаж 1970-х годов, BÉKE gallery.
Комод изготовлен на заказ по авторским чертежам. Бра, Entrelacs. Картины Николая Моргунова, ART&BRUT.
Фрагмент спальни. Банкетка, Dick Cordemeijer. Торшер — итальянский винтаж 1970-х годов, BÉKE gallery; ковер, Art de Vivre.
На пьедестале — скульптура Льва Ефимова.
Теперь квартира открывается просторным холлом. Комната со сглаженными углами стен образует овальную форму и в центре композиции переходит в портал. «Все плоскости выведены в единый уровень, а стены мягко переходят в гипсовый карниз, очерчивающий потолок», — отмечает Евгения.
Спальня. Кровать и прикроватные тумбы изготовлены на заказ по авторским чертежам. Бра, Astro Lighting; постельное белье, Atelier Tati.
Санузел при спальне. Смесители, Gessi; бра, Entrelacs. Мебель изготовлена на заказ по авторским чертежам. Мрамор для отделки везли прямиком из Ирана.
Фрагмент санузла.
Вид на пространство сауны.
Холл плавно переходит в гостиную зону общей площадью около 140 квадратных метров. Окна здесь выходят сразу на три стороны с почти медитативным видом на лиственный сад, который отражается в центральной колонне. Ее дизайнеры специально подчеркнули, сделав более утонченной за счет формы, шпона анегри и зеркала в технике эгломизе.
Спальня. Кровать, прикроватные тумбы, стол — все изготовлено на заказ по авторским чертежам. Бра, Arteriors; постельное белье, Atelier Tati.
Другие комнаты — две спальни, каждая из которых со своей ванной комнатой и гардеробной, — смотрят на Хилков переулок. «Там располагается дом в английском стиле, из-за этого в этих пространствах (это особенно легко проследить в спальнях) уже абсолютно другая атмосфера». Банкетка Dick Cordemeijer и итальянский торшер 1970-х годов поддерживают изначальное «европейское» настроение. Винтажные модели соседствуют с предметами, созданными на заказ по эскизам Евгении и Надежды, и подводят к философским мыслям о текучести времени и красоте его отпечатков. Но чтобы обдумать все это неспешно, заказчику наверняка нужно будет закладывать больше дней на поездки в Москву.
Санузел при спальне. Смесители, Zucchetti Design; бра, Porta Romana, люстра, Visual Comfort. Мебель выполнена на заказ по авторским чертежам.
Основательница КМ20 Ольга Карпуть не сразу полюбила загородную жизнь. Зато теперь считает, что ни в одной стране мира, ни в одном отпуске не спится так, как в этом доме в деревне Кузнечково.
Инопланетные стулья Эдуарда Еремчука и Кати Пятицкой приземлились и, кажется, неплохо обосновались среди лепнины времен сталинского ампира. О том, как еще EDXXKAT поиграли с пространством в районе ВДНХ, рассказываем в нашем материале.